Самое ценное для канала – это подписчики. И когда у них возникают вопросы, особенно, в достаточно консервативных и давно изученных темах, то значит, стоикагал читают, как минимум. А если возникает полемика, то растёт количество подписчиков, что является целью любого познавателогого канала. Представим, что спор Попов против Маркони вдруг оказался в современном патентном суде с нынешними правилами игры, экспертизой и адвокатами.
Суд сразу развёл бы два вопроса. Первый — был ли у Попова научный приоритет? Здесь спора почти не было бы: доклады 1895–1896 годов, публикации и протоколы заседаний научных обществ однозначно подтверждают, что Попов раньше продемонстрировал работоспособный приём электромагнитных сигналов и раньше описал принцип; в научном смысле он — первопроходец. Но второй вопрос для суда был бы ключевым — имел ли Попов действительное патентное право? Современный суд исходит из того, что исключительное право признаётся и охраняется при условии государственной регистрации (то есть наличия патента), а не только факта первенства в опытах (см. ст. 1353 ГК РФ). Дальше суд стал бы анализировать патенты Маркони: эксперты подняли бы публикации Попова и подтвердили бы, что они относятся к уровню техники, то есть Маркони не мог бы получить патент на то же самое в чистом виде; в то же время патенты Маркони формулировали конкретные системы беспроводной телеграфии — дальность, согласование антенн, схемы передачи — и если формулы Маркони отличались бы от описаний Попова, суд признал бы патенты действительными. Попов мог бы оспорить патенты Маркони, доказывая отсутствие новизны, но без собственной заявки у него не было бы приоритетной даты: право на получение патента первоначально принадлежит автору, но для охраны необходимо оформить и зарегистрировать патентную формулу. В итоге суд признал бы Попова источником предшествующего уровня техники, но не обладателем исключительных прав; максимум, чего он мог бы добиться, — частичной отмены отдельных формул Маркони, если бы они дословно повторяли его решения, что не дало бы Попову монополии, а лишь сократило бы объём охраны патентов Маркони. Именно это сегодня и повторяют суды: публикация может лишить патента новизны, но сама по себе не создаёт твоё патентное право. Без подачи Поповым заявки на патент до своих публикаций итог выглядел бы так: научный приоритет Попова был бы признан судом безоговорочно, а патентные права принадлежали бы тому, кто первым оформил формулу и подал заявку; иначе защита невозможна. Поэтому при современном рассмотрении Маркони, скорее всего, оказался бы победителем в части патентных прав, а Попов остался бы именем в истории науки как предшественник открытия.
Спор о том кто изобрёл радио. Процесс Тесла–Маркони. Один из самых известных и громких процессов двадцатого века - спор о том, кто изобрел радио - в юридическом смысле вообще не существовал. Был ряд процессов из многих судов - длинная юридическая война вокруг приоритета, патентов и денег, растянувшаяся почти на полвека и закончившаяся уже после смерти и Маркони и Теслы. Правительство США судилось с компанией Маркони Marconi Company, доказывая первичность патентов Теслы. Забегая вперед стоит сказать, что выиграл Тесла. А если бы Александр Попов запатентовал бы своё открытие по американскому патентному праву, то выиграл бы он. Но Маркони при жизни был непобедим и выиграл многие суды. Среди всех великих ученых - Стоуна, Лоджа, Герца, Теслы, Попова - только патенты Маркони принесли ему настоящее состояние. Наша задача - понять стратегию того, как можно вырвать первое место в компании гениев, а потом спокойно побеждать в суде даже правительство США. Мы не будем рассказывать историю изобретения радио, тем более, что наши подписчики демонстрируют невиданную осведомленность в этом вопросе, а канал всё-таки юридический. Нам хочется разобраться со стратегией победы, с тем, как всё сделать правильно. И не только в "битвах титанов", но и в венчающем любой процесс наследственным вопросом.
Секреты успеха итальянского изобретателя поучительны и сегодня. Вот три кита успеха Гульельмо Маркони, которые вывели его на первое место в истории: во-первых, и это главное, Маркони был богат и ему не нужно было стоять с протянутой рукой за деньгами на эксперименты; во-вторых, он сразу же нанял лучших юристов, выигрывавших все бои в десятилетних баталиях, оформлявших патенты со страшной скоростью и безупречно верно технически; в-третьих, поняв, что нашел сокровище, Маркони больше не распылялся и всю жизнь работал только над одной проблемой. Остальные составляющие успеха (грамотное составление первичных патентов, безупречный выбор юридической авторской патентной международной стратегии, блестящая коммерциализация идеи во всех возможных формах) были вторичны. Деньги, лучшие юристы и концентрация в одной точке, в совокупности с аристократическим происхождением Маркони выгодно отличало его от остальных изобретателей.
Юридические правила в патентном праве за последние сто пятьдесят лет не очень сильно менялись. И в девятнадцатом веке, и в двадцать первом конечную точку в спорах о первенстве авторов ставит американский суд, и поэтому без регистрации патента на открытия в Англии и Америке у вас нет шансов выиграть патентный спор в США. Без американского патента эта система просто не видит изобретателя, и именно это случилось с Александром Поповым. Его имя не фигурирует в деле не потому, что его вклад игнорировали, а потому что он вообще находился вне американского патентного поля. Попов не подавал патентов в США и не строил коммерческую систему. Его работы были научными и демонстрационными, ориентированными на флот и академическое сообщество. Для Верховного суда США это юридически пустое место: без патента нет приоритета, каким бы ни был научный вклад. А Маркони регистрировал патенты мгновенно, причем по идеальным юридическим лекалам: сначала в Италии, в 1896, потом, сразу же в Англии, в 1897, потом как только можно быстрее - в Америке. И несмотря на то, что в его заявке указаны уже ранее опубликованные идеи разных ученых, он получает в 1900 году патент № 7777, где уже заявлена настройка передатчика и приёмника, то есть именно то, что запатентовал раньше Тесла. Понимая первенство Теслы и Лоджа американское патентное ведомство сначала отказывает Маркони, что являлось официальным признанием того, что его идеи не оригинальны. Но у Маркони есть мощная компания, контракты с флотом и поддержка британского истеблишмента. У Теслы — долги, разрушенная башня Ворденклифф и отсутствие бизнеса. Маркони постоянно улучшает свои устройства и реально увеличивает расстояние передачи радиосигнала, его устройства, реально работающие по всему миру бьют рекорд дальности за рекордом.
И в 1904 году Патентное ведомство США внезапно меняет позицию и выдаёт Маркони тот самый патент по причине — «практической реализуемости». С этого момента в США официальным изобретателем радио становится Маркони. Патент, полученный с таким трудом, принёс ему Нобелевскую премию, всемирное признание и новые контракты. Нанятые им адвокаты выигрывали дело за делом, и в битве за первенство за изобретение радио Тесла теряет темп и решает не подавать в суд лично. У него просто не было ресурсов для многолетнего патентного процесса против корпорации Маркони. Он ограничивается публичными заявлениями, письмами и комментариями о том, что Маркони использует семнадцать его патентов. Настоящий суд, оставшийся в истории под названием "Тесла против Маркони" начинается позже и вообще без Теслы. Во время Первой мировой войны правительство США активно использует радиотехнологии Маркони, а после - отказывается платить роялти, заявляя, что патенты недействительны из-за более ранних работ других изобретателей. Компания Маркони, требуя компенсацию, подаёт иск против правительства США. При жизни Маркони был непобедим, а нанятые им специалисты за пятьдесят лет не проиграли ни одного судебного дела. Пересмотр всей истории радио в юридическом смысле начинается уже после смерти Маркони. В 1943 году выходит решение Верховного суда США по делу Marconi Wireless Telegraph Co. v. United States. Суд признаёт ключевые патентные претензии Маркони недействительными, потому что они были предвосхищены более ранними патентами Теслы, Лоджа и Стоуна. Верховный суд прямо указывает, что принцип настройки, резонанса и избирательного приёма не был изобретён Маркони. Это юридическая победа Теслы, но посмертная и формальная: Тесла умер, не выиграв ни одного патентного процесса, за несколько месяцев до решения, бедным и почти забытым, а Marconi Company уже был не столько патентообладателем, сколько промышленным и оборонным гигантом. Юридически теперь изобретателем радио считается Николай Тесла. Если для чистоты эксперимента представить, что Александр Попов все-таки подал заявку на патент в американское патентное бюро в 1896 году и суд шел бы между Теслой и Поповым, то у Теслы было бы много серьезных аргументов и ранних патентов о передаче энергии, поэтому исход такого гипотетического спора оценивается, как правило, пятьдесят на пятьдесят.
Нас, как узконаправленных специалистов, больше интересует вопрос о наследстве Маркони, вернее о его грамотной передаче. Маркони оставил после себя не столько «сундук с деньгами», сколько хорошо выстроенную систему владения активами.
Личное имущество включало недвижимость в Италии и Великобритании, титул маркиза, а также денежные средства и коллекции. Маркони не хотел распылять корпоративное наследство и основной выгодоприобретатель по завещанию — его вторая жена Мария Кристина Безци-Скали и их дочь Элеттра. Дети от первого брака почти ничего не получили, что выглядело жёстко, но юридически было оформлено безупречно тем, что мы сегодня называем Наследственным договором или соглашением между наследниками. Само наследство было упаковано в то, что в современном наследственном праве называется корпоративной схемой: патенты и права были заранее переданы в компанию Marconi’s Wireless Telegraph Company (позже Marconi Company). Наследники получили акции и доли, а не сами патенты. Это означало регулярные дивиденды, влияние в совете и защиту от персональных исков. Именно поэтому ни один серьёзный процесс при жизни Маркони не ударил по его семье, они были недосягаемы для скандалов и продолжающихся процессов слияний Marconi Company, пассивно зарабатывая на каждой сделке. В итоге Маркони оставил наследникам не спорное авторство и не уязвимые патенты, а долю в устойчивом бизнесе, международный статус и имя, которое продолжало работать даже тогда, когда сами патенты утрачивали силу. Это и было его главным расчётом и компания Marconi Company многие десятилетия кормила выбранных самим Маркони наследников, позволяя им вести аристократический образ жизни. В нашей стране имя Маркони пытались придать забвению из-за его поддержки итальянского режима Муссолини, но история абсолютно правильно называет именно Маркони настоящим изобретателем радио - это пример безупречного служения науке и грамотно выстроенного процесса. Маркони не утверждал, что изобрёл радиоволны. Он взял уже существующие научные кирпичи и собрал из них «рабочую машину». Признавая в патентной заявке, что основывает свои опыты на работах предшественников, Лоджа и Попова, он смог запатентовать конкретную систему беспроводной телеграфии: антенну определённой высоты, заземление, передатчик, приёмник, дальность, практическое применение. Патентное право того времени защитило именно такую комбинацию, а не фундаментальную идею радиоволн. История патентных споров вокруг радио — это не кто изобрёл радиоволны, а кто первым собрал работающую систему и юридически её зафиксировал. И здесь Маркони сыграл грамотно и блестяще защитился юридически .